Российское информационное агентство
поиск по статьям и новостям

Адвокат о Головине, избившем в областной больнице двух женщин-медиков и одного мужчину-вахтёра: «Это личность абсолютно светлая!»

Вчера поздним вечером в Новгородском районном суде завершились прения по уголовному делу, где обвиняемым – Алексей Головин, в очередной раз, прославивший Новгородчину на всю страну своим дебошем, учинённым в НОКБ. Закончить прения планировали к 18.00. Закончили к 20.00.

Отвратительная история, приключившаяся в областной больнице в ночь на День защитника Отечества, на 23 февраля, стала достоянием широчайших масс нашей страны из-за того, что, во-первых, видеофайлы, запечатлевшие самые яркие её страницы были размещены в сети Интернет, а во-вторых, стали основой для проведения ток-шоу на федеральном ТВ. Прогремела история!

Для тех, кто всё-таки не в курсе, поясню. В ночь на 23 февраля пьяный Алексей Головин был доставлен в НОКБ из окрестностей кафе «Кубышка», где «отмечал» с друзьями. Доставлен же был в больницу по той причине, что некто (до сих пор не установленный) ударил его по лицу «до крови» (была рассечена бровь). Вызвали «скорую». Медики решили, что помощь должны оказать в больнице. И привезли в НОКБ.

По объяснениям уже сотрудников НОКБ, в больнице Головин отказался от медицинской помощи. А потом… принялся буйствовать. Камеры видеонаблюдения зафиксировали, что сначала он «гоняет» и колотит вахтёра НОКБ Михаила Артюшова (в этой части действия квалифицированы по ст. 116 УК РФ – побои), а следом расправляется и с двумя женщинами, пытавшимися урезонить буйного пациента. Санитарку Ларису Жвибуль точным ударом в лицо Головин отправил в глубокий нокаут с результатом в виде переломов скуловой кости и верхней челюсти (ч. 2 ст. 112 УК РФ – причинение средней тяжести вреда здоровью); несколько ударов нанёс и медсестре Ольге Матезиус, у которой впоследствии было диагностировано сотрясение мозга (ч. 2 ст. 115 УК РФ – причинение лёгкого вреда здоровью).

Весь этот шабаш пьяного, матерящегося пациента отчётливо запечатлён видеокамерами. «За строкой» остались его действия, совершённые в перевязочной, куда его препроводили сотрудники полиции Александр Павлов и Александр Федотов, прибывшие в НОКБ по тревожному вызову. По их же объяснениям, и там Головин продолжал буянить, во-первых, в очередной раз послав тех по всем известному адресу (ст. 319 УК РФ – оскорбление представителя власти), во-вторых, ударив одного из полицейских головой (кулаком было сложно, к этому времени на руки уже были надеты наручники) – ч. 1 ст. 318 УК РФ (применение насилия в отношении представителя власти).

С таким «букетом» дело и ушло в одно из подразделения СУ СК РФ по Новгородской области, где следователь Дмитрий Рождественский проделал большую и – нельзя не отдать должное – оперативную работу по доказыванию вины этого человека. Впрочем, судя по всему, протрезвевший к тому времени инженер одного из новгородских предприятий и не оказывал серьёзного противодействия. А в какой-то момент, просмотрев видеозапись, по словам Дмитрия Рождественского, изрёк даже фразу: «Боже мой, неужели ж это я?!» .

На предварительном следствии свою вину Головин признавал полностью и по всем пунктам. Более того, согласившись со всем, ходатайствовал о постановлении приговора в особом порядке – без исследования доказательств.

* * *

Сюрприз случился в первый день судебных слушаний. За сравнительно короткий период между тем ходатайством и началом рассмотрения дела человек переосмыслил ситуацию и в суде заявил, что отказывается от «особого порядка», потому как в части «применение насилия в отношении представителя власти» имеет теперь иную точку зрения: насилия к полицейскому он, мол, не применял.

И был запущен «общий порядок». Судебное следствие (уже с приглашением в суд всех свидетелей и исследованием всех доказательств) продолжалось около пяти месяцев. В качестве потерпевших свои показания дали и полицейские, настаивая на том, что удар головой – был.

И вот, собственно, финишная прямая: судебные прения.

Перед началом коих государственный обвинитель Павел Артамонов разъяснил:

– Мы считаем, что вина Головина доказана по всем инкриминируемым ему статьям. Сам он занял такую позицию, что, соглашаясь с насилием в отношении медиков и вахтёра, отрицает при этом хулиганский мотив, предлагая нечто не вполне чёткое: «вследствие случайного стечения обстоятельств». Что же касается эпизодов в отношении полицейских, стоит на том, что ударов не наносил. В суде, однако, была допрошена, и медсестра Ольга Матезиус, находившаяся в тот момент вместе с врачом, полицейскими и Головиным в перевязочной, и она подтверждала, что слышала оскорбления полицейских, видела момент нанесения ударов. Вкупе с показаниями самих потерпевших это даёт основание, чтобы сделать вывод о том, что Головин говорит неправду. Оснований не доверять полицейским и медсестре нет никаких.

Начало самих судебных прений было, между тем, чуть отложено. Потому что в суд, по ходатайству стороны защиты, был приглашён ещё один свидетель: хирург НОКБ Зелимхан Сайдаев, оказывавший Головину медпомощь в перевязочной.

Показания, которые он дал в суде, вряд ли, однако, можно отнести к числу тех, которые укрепляют позицию защиты Головина. Хирург, в частности, пояснил, что всё время, пока оказывалась помощь, пьяный пациент был «очень агрессивный», мешал проведению медицинских манипуляций, «ругался с сотрудниками полиции».

– Как именно? – уточнила судья Татьяна Пархомчук.

– Были матерные слова, – ответил доктор.

Судья задала и ещё один вопрос:

– Физическая сила со стороны Головина применялась?

– Да, – ответил Зелимхан Сайдаев, – головой ударил одного из сотрудников полиции.

Свидетеля, как это говорят, «отпустили».

* * *

Засим начались сами судебные прения. Прокурор был лаконичен. Защита – иное. В качестве защитников выступали и профессиональный адвокат Игорь Голобоков и Светлана Головина – мать обвиняемого.

Выступление последней было, скажем так, всеобъемлющим, подробным, а ещё – нарушающим требования закона (защитник, в частности, регулярно ссылалась на материалы, не исследовавшиеся в ходе судебного следствия), по причине чего судья была вынуждена несколько раз прервать оратора и даже прекратить судебные прения, вернувшись к судебному следствию… А потом – обратно.

Образ г-на Головина выставлялся в наилучшем ракурсе (мать, впрочем, как не понять!): Алексей – человек добрый, покладистый, «не склонный». В целом же, главное, к чему сводилось выступление, к тому, что, во-первых, причиной всего травма, полученная Головиным у кафе «Кубышка», во-вторых, неадекватность его мировосприятия в момент инкриминируемых преступлений и, в-третьих, наконец, действия медперсонала… Ну, да, пояснил адвокат Голобоков, ведь они вели себя не «по должностной инструкции». И думалось даже: как хорошо, что в день прений в суде не присутствовали ни Артюшов, ни Жвибуль, ни Матезиус. А то, право слово, было бы очень обидно. Ведь они были поименованы чуть ли не виновниками, чуть ли не провокаторами ЧП. А адвокат Голобоков, давая оценку подзащитному, – и правда – произнёс «Это личность абсолютно светлая!».

По-моему, так элемент «чёрной комедии». Но то моя личностная оценка, моё личное суждение.

Впрочем, это, в большей степени, относилось к тому, что странно ведь: человек из хорошей семьи, с высшим образованием, никогда не привлекавшийся, и вдруг – такое. Не иначе как, всё-таки «неадекватное» (иным словом – болезненное) состояние. И эта странная фраза, произнесённая устами Головина: «Чужие атакуют!».

…Сторона защиты просила назначить человеку наказание, не связанное с лишением свободы.

После того как стороны изложили свои позиции, наступило время реплик.

Прокурор Артамонов согласился с тем, что поведение Головина, действительно, было неадекватно. Но причина той неадекватности, считает он, единственная – пьяный был! В отношении Головина, кстати, проводили психиатрическую экспертизу: никаких отклонений не установлено. Вменяем. Что же до «должностной инструкции», то она – руководство к действиям в нормальных, «штатных» ситуациях, а здесь, простите, чуть ли не форс-мажор. Сам Головин пытался посеять и зёрна сомнений относительно того, а был ли он вообще пьян: ведь наркологическая-то экспертиза не проводилась! Так друзья по «Кубышке», например, подтверждали, что пили в тот вечер, и изрядно… Но наркологическая-то экспертиза не проводилась?! Значит, не доказано!

Можно долго ещё говорить о позициях сторон, судебной полемике, спорах. Дело, что и говорить, незаурядное. И совсем не потому что его придали широкой огласке, в том числе, и на федеральных телеканалах, о чём говорил адвокат Голобоков. Причина совсем иная: вдумайтесь!

Сторона обвинения просила суд назначить Головину наказание в виде 5 лет лишения свободы в колонии общего режима. Оглашение приговора назначено на 22 сентября.

…В умы присутствующих представители стороны защиты старались внедрить и такую мысль: Головин – человек хорошо воспитанный, интеллигентный. Но, право, «ботаник», каким бы пьяным он ни был, всё ж не ругается столь площадным матом. А на видеозаписи он слышен без наушников. Увы!

Фото автора

На снимках.

Алексей Головин сразу после ЧП, на первом избрании судом меры пресечения.

Алексей Головин после полного отрезвления.

Источник: https:
 Читайте также:
Мнение редакции интернет сайта yodda.ru никогда не совпадает с мнением, высказаным в новостях.

Пользовательское соглашение   |   Контактная информация   |   Города   |   Отели
Copyright © 2014-2016 yodda.ru - региональное информационное агенство
Яндекс цитирования